Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
профессор Александр Александрович Гугнин

   Если хочешь многого добиться в жизни, нужно чаще смеяться над собой и никогда не останавливаться на достигнутом, считает Александр Александрович Гугнин. Доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой мировой литературы и культурологии Полоцкого университета, имеет в собственной библиотеке более 100 тысяч книг. Одно из самых раритетных изданий на латинском языке напечатано аж в 1703 году. Примерно пятую часть этого богатства он подарил полоцкому вузу, где преподает последние пятнадцать лет.

   Александр Александрович интереснейший человек, который в свое время учился у внука Льва Толстого. Он не только очень образованный человек, но и с чувством юмора. Понятно, почему его так любят студенты: только напомнишь о Гугнине, сразу улыбаются и говорят, что профессор - классный человек! Даже клички у него нет: за глаза ласково называют Ксан Ксанычем. И о чем бы ни говорил: про университеты, в которых работал, знаменитых людей, с которыми был знаком и дружил, - все равно во время разговора возвращается к книгам. Удивительно, даже женщин он на прочность любви «тестировал книгами».

Панченко был прав

- В 17 лет, как окончил школу, хотел трудоустроиться на стройку. Сначала брать не хотели. Потом только понял, почему: до 18 лет можно только шесть часов за смену работать. Кому нужен такой работник? К Петру Блохину сказали идти, это - знаменитый бригадир, наш университет на его улице находится. Он спросил, сколько часов я буду работать. Я ответил: сколько нужно, столько и буду. Блохин взял меня работать под его руководством. И стал я бетонщиком на строительстве нефтеперерабатывающего завода... Однажды его посетили знаменитые белорусские литераторы. Среди них был Пимен Панченко. Показал ему свои стихи. Тот сказал, что некоторые хорошие, но их не напечатают, потому что то, что нужно, они не отражают... приветствовались, же в 1950-1960-е годы произведения, посвященные героизму комсомольцев: на стройке, в армии, на целине. А я писал о поиске смысла жизни, любви... С ним в компании был редактор газеты, который пообещал напечатать стихотворение. Но Панченко был прав - не напечатали. Потом, правда, были другие стихи и очерки, которые печатались не только в Беларуси, но и в российских СМИ. А Панченко, бывало, мои стихи цитировал в «Литературной газете», - вспоминает профессор.

Почему внук Толстого... плакал?

   Профессор много интересного рассказал о том, как поступал в МГУ, где в советское время конкурс был 20-25 человек на место.

- Был отличником в школе, перед поступлением в университет активно готовился, по ночам не спал после работы на стройке. С иностранным языком были у меня проблемы. Поступил на филологический. Кстати, сейчас это, безусловно, смешно, но «главный язык» при будущем обучении буквально назначался в зависимости от биографии нового студента. Поясню: если это был ребенок секретаря обкома КПСС, ему предлагали «престижный» итальянский язык. Мне достался «непрестижный» сербский. Но повезло, ведь преподавал ее внук Льва Толстого - Илья Ильич. Он долгое время жил в эмиграции в разных странах, а в Сербии изучил сербско-хорватский язык. Считаю, что и в наше время его словарь наилучший. Ко мне он почему-то сразу начал относиться с интересом и уважением. И мне кажется: на моем примере пытался понять, кто такие Homo Sovіetіcus (смеется). Он был очень интересный человек. И, как мне казалось, похож на знаменитого деда. Иногда, когда о нем рассказывал, то плакал. Это же для нас Лев Толстой - писатель, а для него - дедушка, который на руках держал, играл с ним... А с правнуком Толстого - сыном моего учителя - я дружил. Никита Толстой был старше меня на восемнадцать лет. Вместе за границу ездили - на конференцию в Рим.

Сам напросился... в армию!

- Я хорошо учился в МГУ: в 1960-1963 годах на славянском, русском и романо-германском отделениях. Немецкий язык выучил, когда меня положили в больницу - нужно же было что-то делать между медицинскими процедурами... Однокурсники и преподаватели потом удивлялись чуду: Гугнин по-немецки разговаривать вдруг стал замечательно (смеется). Я хорошо учился, но не мог понять, зачем мне преподают латинский язык, если я люблю литературу (смеется)? И однажды я сел и написал заявление: «Прошу отчислить по собственному желанию, поскольку не понимаю смысла, зачем живу». А я 3,5 года отучился, повышенную стипендию получал. Педагоги и профессора уговаривали учиться дальше, но я пошел работать на железобетонный завод. По ночам ломиком и лопатой, молотком отбойным. И цемент разгружал. За тонну - 1 рубль (смеется). Потом вернулся в Полоцк, устроился в совхоз «Полоцкий» простым рабочим. Думал, что надо знать все стороны жизни. Поэтому и в армии хотел служить. А меня не брали из-за проблем со здоровьем. Так я пришел в военкомат и затеял скандал. Поднял стол и сказал: если не призовут, все сломаю. Взяли! Три года служил в пограничных войсках - на Балтийском море.

100 тысяч книг - мое богатство

- После службы вернулся в Москву. Восстановился в университете. Начал читать лекции, когда еще учился на пятом курсе. Стажировался в Берлинском университете - отобрали меня в числе четырех филологов в Германии учиться. Перед поездкой в ​​ЦК КПСС часа три лекцию читали мне о том, как вести себя там (смеется). В результате стажировки набрал материалов для дипломной работы, кандидатской и докторской диссертаций. В Москве в общежитии познакомился с будущей женой. Она с Ульяновска приехала. Взаимная симпатия возникла еще до того, как бросил университет. Когда в армии был, она вышла замуж и ребенка родила. Удивляться нечему, она очень красивая, в клубе я в «очереди стоял», чтобы пригласить ее на танец. За ней такие парни ухаживали... Поженились, имеем общих дочь и сына. Они все в Москве живут, но мы встречаемся и там, и в Полоцке, - рассказывает профессор.

   Поскольку его хобби - книги, трудно было найти женщину на всю жизнь. Признался, что, сколько бы ни зарабатывал, почти все деньги шли на книги. И никогда не откладывал на машину, дачу...

- В промежутке между браками, когда присматривался к женщинам, то «проверял» их по книгам. Спрашивал, сколько книг можно к ним привезти? Почти что все, услышав о моей большой коллекции, сразу «остывали» в желании жить вместе. С нынешней женой этой проблемы не было. В двухкомнатную квартиру приняла меня с 12 тоннами книг! А потом и в Полоцк со мной и своей дочерью уехала. И до сих пор живем. Как родную, люблю ее дочь от первого брака. Для меня вообще не важно, что ребенок не мой. Если с женщиной живешь, любишь, ее дети - родные! Моя жена еще в Москве окончила полиграфический техникум и в издательствах работала. Книг 40 помогла мне издать. Я написал 12 книг, около 800 статей. И много переводов: драму, стихи, прозу - всего более 1000 произведений.

Можно поучиться у сербов

   Профессор гордится своими учениками. Среди них и 10 кандидатов наук... Говорит студентам, что умными чаще всего не рождаются, а становятся. Если ты хочешь многого добиться в жизни, нельзя останавливаться на достигнутом, нужно чаще смеяться над собой, преодолевать трудности.

- Когда лекция удалась, они говорят «спасибо» и каждый раз «до свидания». Значит, контакт между преподавателем и студентами получился. Есть очень инициативные студенты. Например, предложили журнал издавать. Ректор идею поддержал. Журнал интересным получился... Я переехал из Москвы в Беларусь, чтобы на старости лет спокойно жить, собирать дальше книги, да и тут спокойно (смеется). Пытаюсь в Полоцке создать кафедру романо-германской филологии. Это сложная и очень интересная филологическая специальность. Надо же все знать: историю и культуру, языки и литературу, театр. Если слышу от некоторых студентов (и, к сожалению, не только от них) о том, что их не интересует белорусский язык, рассказываю о лужицких сербах. У них есть чему поучиться тем, кто не ценит родной язык. Они и сейчас живут на территории Германии. Карл Великий в VIII веке начинал захватывать их земли, но ему это не удалось. Через несколько столетий их захватили немцы, которые хотели уничтожить язык и традиции. Во времена Гитлера за то, что сербы говорили на родном языке, их отправляли в концлагеря, на улице могли убить. Но язык и культура сохранились! - Рассказывает Александр Александрович.

   Он уверен: если в Беларуси будет больше людей, которые с уважением относятся к своему языку, страна станет еще более сильной и уважаемой во всем мире.

   Читайте также нашу статью о награждении Александра Гугнина премией "Источник знаний".

   За вклад профессора в преподавательскую и научную деятельность: в декабре 2011 года он был награжден медалью Франциска Скорины.

Добавить комментарий

     

Защитный код
Обновить

ОК
VK
FB
G+
TW